 |
Как наш "кукурузник" в Америку долетелВесной 1991 г. руководство Черниговского объединенного авиаотряда решило заработать 25 тыс. долларов на строительство дома для своих сотрудников. С этой целью нужно было перегнать "своим ходом" известный в народе как "кукурузник" биплан Ан к городу Мерфризборо в штате Теннесси. С точки зрения здравого смысла это задание выглядело обычной авантюрой, пусть даже Ан сопровождался таким же бипланом. Когда в 30-х годах через Северный полюс в Америку летали Валерий Чкалов и его коллеги, то на них работал потенциал большого авиационного государства. Черниговские же пилоты рассчитывали лишь на собственную смекалку. После Чукотки самолет сопровождения должен был оставить их на произвол судьбы. В первую очередь, командир авиаотряда Владимир. Сафонов с помощью генерала Виктора Кузюбердина - начальника Черниговского военно-летного училища - раздобыл самую "твердую" по тем временам валюту - канистру медицинского спирта и сигнальные ракеты. Они могли быть использованы и в случае катастрофы для поиска пострадавшего самолета. Заместитель по коммерческой части авиаотряда Петр Невойт провел удачную бартерную операцию. Сотрудники торгового центра разместили на фюзеляже самолета свою рекламу, а расплатились за нее тушенкой, макаронами, сливочным и подсолнечным маслом. Еще и пополнили "валютные резервы" авиаторов четырьмя ящиками водки. Кроме того, члены экипажа захватили из дому кто что мог: сало, картофель, хлеб. А вот с аварийными спасательными средствами дела обстояли плохо: не было ни аварийных огней, а в самолетах отсутствовали даже печки для обогрева. Чтобы не погибнуть в случае вынужденной посадки где-то в тайге, захватили топоры и двуручные пилы - на каждую машину по одной. В самолете, предназначенном для продажи, летели П. Невойт, летчик-инструктор Владимир Миронов и бортинженер Валерий Сакун. В Ан сопровождения тоже было три пилота, а штурманом обеих машин был Юрий Иванов. 4 марта 1992 г. самолеты поднялись в воздух, в Чебоксарах сменили колеса на лыжи. Страшным врагом "кукурузников" был ветер, потому что больше 180 км в час выжать из двигателя Ан невозможно. Из-за проблемы с топливом сели на мысе Каменном, пренебрегая запретом. Через несколько дней пришлось садиться на лед Енисея. Бензин у местных авиаторов нашелся, но емкости с ним были на высоком берегу, а насос на морозе не работал. Пришлось с высоты 80 м спускать канистры с топливом на веревках и заливать, едва держась на скользких покатых крыльях, еще и при мощном ветре. Спирт таял: приходилось за него получать бензин; как-то в самолете П. Невойта захлебнулся двигатель, и падение прекратилось лишь недалеко от земли. Все время донимал страшный холод, хотя летчики и надели костюмы на меху, рукавицы и шапки. Сливочное масло механик разбивал молотком, подсолнечное масло намазывали на хлеб: оно сильно загустело. Лакомились консервированной скумбрией и мерзлым хлебом. Картофель использовать было невозможно: он стал твердым, как камни. В Чехурдахе на них смотрели, как на самоубийц, даже за водку не согласились дать бензин, пришлось отдавать лыжи. Преодолев через две недели 10 тыс. км, 14 апреля 1992 г. вылетели из крайней точки бывшего СССР - бухты Провидения - в США. Несколько изменился экипаж "кукурузника": П. Невойт, В. Сафонов, В. Сакун, Г. Среда. В городе Анкоридж на Аляске В. Сафонов удивил жителей неудачной фразой (был не очень силен в английском языке), когда отвечал на вопрос местного репортера. Тот спросил его, каким образом удалось без дозаправки преодолеть такое расстояние на летающей лачуге. Сафонов объяснил приблизительно так: "Петр взял в дорогу ящик водки, так и долетел". Поэтому анкориджцы заинтересовались, куда же в самолете заливали водку как топливо. Перелет для американцев был невиданной до сих пор сенсацией, поползли слухи, что самолет прилетел для перевозки золота или туристов. Скептики твердо заявляли: "кукурузник" не мог такой путь преодолеть, его на Аляску доставили морским путем. А публику дурили, чтобы повысить имидж советской техники. Из Анкориджа 4 мая П. Невойт, В. Сафонов и новый хозяин Ан Стив Севиар вылетели в "большую" Америку. Над океаном самолет начал превращаться в сплошную ледяную глыбу. Высота падала, машина скрипела и стонала. С. Севиар быстро надел плавательный костюм военного пилота и приготовил прибор спутниковой координации на случай катастрофы. В. Сафонов вспотел за штурвалом, П. Невойт на всякий случай попил водки (возможно, в последний раз в жизни, подумал он), а В. Сакун беззвучно молился. Спас их неожиданный поток теплого воздуха - самолет оттаял. 7 мая их приветствовали в Мерфризборо как настоящих героев. А Стив Севиар с восторгом говорил корреспонденту "Daly News": "Вы видели, как медленно шла эта фиговина, когда мы ее садили? Это что-то наподобие управления здоровенной допотопной тихоходной тачкой". Скатилась ли по щеке Петра Невойта скупая мужская слеза, когда он прощался с самолетом, на котором пролетал 12 лет, неизвестно. Но дом для сотрудников авиаотряда таки построили! |
|
|||||||||||||||||||||||||||